Стоит ли жить, если боишься рисковать?
Боже, эта музыка такая громкая, что я даже собственных мыслей не слышу.
Когда я училась в иудейской школе, Рави Протеш всегда говорил: «Если вы когда-нибудь забудете, что вы евреи, то не евреи напомнят вам».
Если бы Господь хотел видеть меня на льду, он сделал бы меня коктейлем из мартини с водкой.
Я знаю, что страшнее искать свой путь, чем делать то, чего от тебя ожидают.
— Я струсил… Я должен был сделать что-нибудь, но не сделал!
— Ты хочешь свести счеты? Я скажу тебе, как свести счеты: будь настолько ***нно успешным, насколько сможешь. Собери свою злость и вложи в свою работу, используй ее. Пусть у тебя будет больше денег, больше власти, больше секса, чем у любого несчастного гетеросексуального мудака, потому что поверь мне — ничто не бесит натуралов больше, чем успешный педик.
Кем бы ты ни был и сколько бы тебе ни было лет, твои родители всегда будут считать тебя маленьким мальчиком.
— Сколько тебе лет?
— 20… 19… 18…
— Ты что, ракету запускаешь?
— 17.
— Я хочу, чтобы у меня были морщины. Я хочу, чтобы у меня были седые волосы. Я хочу, чтобы Гас сделал меня бабушкой. Я хочу стареть вместе с Мелани.
— Хочешь, чтобы меня вырвало прямо здесь? Не хочу я седых волос и морщин. Не хочу быть дедом. И я определённо не хочу стареть вместе с Мелани. Или с кем-то еще.