Нет чувства болеее дурацкого, чем надежда: оно лишает нас не только воли, но и способности соображать.
Если вдруг надежда уходит и мы смотрим в глаза правде — это значит, что мы проиграли сегодняшнее сражение, но не завтрашнюю войну!
Страх делает тебя пленником. Надежда дает тебе свободу.
Я нашёл свободу. Утрата всяких надежд была свободой.
— Оно того стоило? Две недели в яме?
— Самый лёгкий срок…
— Брехня! В яме легко не бывает. Там неделя тянется как год. Это точно.
— Со мной был мистер Моцарт.
— Тебе разрешили взять с собой проигрыватель?
— Он был здесь (показывает на голову) и здесь (показывает на сердце). Красота музыки, её отнять нельзя. На вас музыка так не действует?
— Ну, я в молодости играл на губной гармошке. Потом утратил интерес. Здесь от этого нету прока.
— Здесь от этого огромный прок. Тебе это нужно, чтобы не забыть…
— Не забыть?
— Не забыть, что в мире есть места, высеченные не из камня. То, что в тебе есть то, до чего не добраться… То, что не тронут. Это только твоё. Понимаешь? И ничьё больше. Только твоё.
— О чём ты говоришь?
— О надежде…
В этом и состоит свобода. Когда теряешь всякую надежду.
В мире, полном ненависти, нужно уметь надеяться.
В мире полном зла, нужно уметь прощать.
В мире, полном отчаяния, нужно уметь мечтать.
В мире, полном сомнений, нужно уметь верить.
Религия — это симптом иррациональной веры и беспочвенной надежды.
Разлука подобна смерти, единственное, хоть и существенное между ними различие — это надежда.
Есть только три по-настоящему достойных дела, о которых Вы должны помнить всю жизнь. И это не посадить дерево, построить дом и вырастить сына.
Первое — это помочь тому, кто нуждается в помощи.
Второе — защитить того, кто беззащитен.
И третье, самое лучшее, что Вы можете сделать в жизни — подарить надежду тому, кто её лишился.