Я слишком порядочен, чтобы быть гуманистом. Если я отдам ближнему последнюю рубашку, то замёрзну и умру и поставлю ближнего в неловкое положение.
Прошлое не имеет значения, будущее, возможно, не наступит. Так что остаётся только сейчас.
Люди чувствительны по отношению к своим комплексам, но бесчувственны по отношению к чужим.
— Ок, готы тоже выглядели немного необычно, но что с модой теперь? Огромные вздутые губы, карандашные линии вместо бровей, парализованные ботоксом истощённые тела…
— Теперь недостаточно выглядеть мёртвым, должно казаться, что перед смертью тебя ещё и пытали.
[Стадо детишек]
— Взрослые такие мерзкие! Я не хочу больше расти!!
— Я тоже!
[Приходит Питер Пэн]
— А кто сказал, что мы должны взрослеть?
[Питер Пэн достаёт мешочек с чем-то, и заговорщицки подмигивает]
[Заголовок в газете]
«4 трупа в секте детей-самоубийц».
Он без сомнений отвернулся от света. Личность, которая величественной походкой шагает прямо в пропасть… Как это красиво и глупо.
Не хочу быть помехой. Не хочу быть проблемой. Так что я закрою глаза и спрячу свое сердце.
Если что-то тебя беспокоит — беспокойся. Если причиняет боль — пусть. Раз полюбила — люби. Все нормально, пока ты можешь с кем-нибудь разделить свои переживания.
Бабочки — это цветы, которые сорвал ветер.
Даже демон во мне разочаровался…