[Стадо детишек]
— Взрослые такие мерзкие! Я не хочу больше расти!!
— Я тоже!
[Приходит Питер Пэн]
— А кто сказал, что мы должны взрослеть?
[Питер Пэн достаёт мешочек с чем-то, и заговорщицки подмигивает]
[Заголовок в газете]
«4 трупа в секте детей-самоубийц».
— Что случилось? На тебя напали бандиты?
— Нет, Чарльз, это сделал ты вчера. Ты был пьян и зол.
— Ясно. А я уж начал беспокоиться.
— Я должен кое в чём тебе признаться. Я спал с твоей сестрой.
— Что?! Чарльз, но у меня НЕТ сестры!
— Погоди… Тогда с кем… О, боже… Так это была ты?!
У всех нас есть одно общее. Мы все когда-то родились и можем умереть в любую минуту. Никаких свидетельств существования загробной жизни у нас нет. И точно так же, нет доказательств того, что мы просто сгинем, подобно памяти о человеческой смертности.
Если ты хочешь, чтобы люди оплакивали твою смерть, скажи им, что с таким же успехом они могут оплакивать и твоё рождение. Оба этих события неизбежны.
— Тим! Мой кролик куда-то пропал!
— Я помогу, вместе найдём. Мне всегда везёт, когда я что-то ищу. Особенно с тех пор, как я нашёл у себя на капоте счастливые кроличьи лапки.
— С возвращением! У меня хорошая и плохая новость. Твоя рыба, я мыл её аквариум… и случайно нарезал её в блендере.
— А хорошая новость?
— Было очень вкусно.
— Ухх. Твой малыш быстро растёт.
— Да! На прошлой неделе он произнёс свои первые слова. Скоро он сам будет ходить на прогулки… будет улыбаться, играть в игры, радоваться жизни. А потом умрёт.
— Ну что, у вас с Карен вчера что-нибудь было?
— Да как всегда. Только перешли ближе к делу, как я зарыдал и уже не смог остановиться.
— Нервы?
— Газовый баллончик.
— Эй, ты! Какого чёрта ты пнул мою собачку?
— Ничего не могу поделать, гены.
— Ты не можешь сваливать на плохие гены то, что ты ведёшь себя, как козёл!
— Плохие?! Да этот ***ёныш пролетел метров десять.
— Пап, а кто победил в Кавказской войне? Россия или Кавказ?
— Ну, кто сейчас в столице живёт?
[Ребёнок, немного призадумавшись]:
— Выходит, Кавказ?
