— Ты молишься богам?
— Да. Старым и новым.
— Есть только один бог, и имя его — смерть. А смерти мы говорим только одно — «Не сегодня».
Владыка Света хочет, чтобы врагов сжигали, Утонувший Бог — чтобы их топили. Почему все боги такие жестокие скоты? Где Бог титек и вина?
Слушай, Бог, если выручишь меня, я целый год конфеты есть не буду, честно.
Избавь нас, Боже, от тех, кто думает, что исполняет его волю.
Становясь матерью, ты перестаешь быть картиной и становишься рамкой.
— Тяжело терять родителей, уж я то знаю. Чего тебе не хватает больше всего?
— Улыбки мамы.
― А ты с мамой не ссоришься?
― Не было возможности, мама умерла, когда я был младенцем.
― Прости, я не хотела.
― Ничего… мы потом с ней пообщались. И, да, отношения у нас хорошие.
― Что?
― С нашей работой ― смерть не всегда конец.
Мы празднуем день женщин, которые дали нам жизнь и еще многое другое; тех, кто всеми силами стремится защитить; обладал смелостью бороться с теми, кто хочет причинить нам зло; кто ставил наше счастье выше своего. Но, прежде всего, мы отдаем должное материнской любви. Любви вечной, неизменной; той, что сопутствует нам всю жизнь.
Выплюнуть человека на свет — не значит стать его матерью.
Пока сама не станешь мамой, не поймешь, как сильно она тебя любила…