— Чендлер, ты же единственный ребенок в семье, братьев и сестер нет?
— Нет, но есть воображаемый друг, которого мои родители любят больше.
— Я чувствовал связь с тобой с самого начала. Родственный дух, скажем так. Мы с тобой очень похожи.
— Точно. Не считая того, что я не убивал своего брата.
— Ты своего спас. Почему?
— Потому что от семьи не отказываются… никогда.
Самое прекрасное в братьях то, что даже несмотря на наши ошибки, они все равно нас любят.
Может, потому что я старший брат, но знаешь, для меня ты всегда был сопливым пацаном, которого я наставлял на путь истинный. А теперь мы оба знаем, что ты вырос. Ты повзрослел настолько, что поверил в меня. Поверить в тебя — меньшее, что я могу сделать.
Ты — мой брат, и я умру за тебя…
— Что с тобой?
— Вы будете надо мной смеяться.
— Ну мы же твои братья! В любом случае мы будем над тобой смеяться.
— Сейчас угадаю — приехали за антиквариатом?
— Как вы догадались?
— По глазам вижу. Ну что, одну двуспальную кровать?
— Что? Нет, нет, нет, что вы! Две отдельных. Мы братья.
Братья как две стороны одного зеркала.
— Есть Сэм-гёрлы и Дин-гёрлы. А что за слэшеры?
— Ну как сказать… Сэм слэш Дин… вместе.
— В смысле вместе? Как голубки?
— Да.
— А они в курсе, что мы братья?
— Клали они на это с прибором.
— Фу ты, ну ты, какая срань!
— Что ты сделал с моим братом?!
— Он твой брат? Что курила ваша мамочка, пока носила вас обоих?