— Ты католичка и не поговорила с ними?
— Меня они больше ненавидят. Тебе легче, ты еврейка. Что с тебя взять?
— Эта отмазка отработала, когда мы распяли Христа.
У каждого из нас в жизни есть люди, без которых мы не представляем своего существования. Сама мысль о том, что они могут исчезнуть, приводит нас в ужас. Мы слепо любим их и готовы бесконечно долго закрывать глаза на их ошибки и проступки. И это происходит до тех пор, пока в нас живёт вера в этого человека. Но лишившись её однажды, мы понимаем, что вместо него внутри осталась лишь пустота.
Сказали мне, что эта дорога меня приведёт к океану смерти, и я с полпути повернул обратно. С тех пор всё тянутся передо мною кривые глухие окольные тропы…
— Настоящая жизнь — это не сказки нашего отца. Ты — глупец, если не понял этого.
— Быть может, я глуп, если до сих пор верю в тебя. И всё же я верю. Подумай об этом, брат.
— Я боюсь, что однажды нам придётся выбирать между твоим братом и богами.
— Для меня такого выбора никогда не будет.
— Даже, если бы это заняло 20 лет или около того, я бы был в порядке.
— Еще 20 лет?! Я бы сошла с ума.
— Зная, что ты здесь за меня борешься, зная, что ты меня так любишь.
Может, потому что я старший брат, но знаешь, для меня ты всегда был сопливым пацаном, которого я наставлял на путь истинный. А теперь мы оба знаем, что ты вырос. Ты повзрослел настолько, что поверил в меня. Поверить в тебя — меньшее, что я могу сделать.
Любопытный факт: если взять все европейские страны и распределить их по тем трем ветвям христианства, которые в них доминируют, то окажется, что наиболее высокий уровень жизни, наиболее развитые демократические институты встречаются в государствах, где церковь имеет наименьшее влияние, то есть в протестантских; за ними следуют страны католические, и на последнем месте — православные. Полагаете, это случайно?
В мире, полном ненависти, нужно уметь надеяться.
В мире полном зла, нужно уметь прощать.
В мире, полном отчаяния, нужно уметь мечтать.
В мире, полном сомнений, нужно уметь верить.
Достаточно на одну секунду перестать верить — и мечта разобьётся на тысячу осколков.