Примите, мой король, венец своей страны.
Сияет он, как нимб, но тяжек, словно крест.
Властью упиваются
Сильнее, чем любовью.
Нам нужен мир. Желательно, весь!
Чем больше ты даёшь королю, тем больше ему хочется.
Вот откуда берутся короли… — они выбирают место, вбивают в землю кол, называют себя Королями и ждут, не разозлится ли кто-нибудь из-за этого.
Король тот, кто может удержать принадлежащие ему за собой, иначе его титул пустой звук. Тингол лишь отдал нам земли, куда не может дотянуться сам. Воистину, одним Дориатом правил бы он сейчас, не приди сюда нолдор. А посему пусть правит Дориатом и радуется, что соседи его — потомки Финвэ, а не орки Моргота, с которыми мы покончили. Во всех других местах будет так, как сочтем нужным мы.
Короля никогда не убивают под покровом ночи, это делают так, чтобы за его гибелью наблюдал весь двор.
В личности короля олицетворяется государство.
Это было в его власти, решать жить или умереть другим в одно мгновение, преодолевать боль или радость, запереть кого-нибудь от света навсегда или освободить. Никто не должен иметь такого права на деспотический контроль над другой душой.
Ничего не меняется. Власть не раздаётся как хлеб. Её крадут, как было всегда. Через пятьдесят-сто лет мир не будет другим. Короли будут всегда. Даже если мы будем называть их иначе.