— Что ты им говоришь?
— Сыну говорю, что скоро увидимся снова. Чтобы оттягивал пятки, когда ездит верхом. Жене… – тебя не касается.
Как я могу жить без жизни? Как я могу жить без собственной души?
— Сколько ты уже не был дома, Максимус?
— Два года, 264 дня и это утро.
Я каждое утро поднимаюсь на ступени памятника Скотту — и все проясняется. Я никогда не видел мира таким ярким. Не беспокойся, все в порядке, все в абсолютном, полном порядке. Теперь я понимаю, что границы между шумом и звуком условны. Любые границы условны. И созданы, чтобы их переступать. Все условности преодолимы, стоит лишь поставить для себя эту цель. В такие мгновения я слышу твое сердце также четко, как свое, и понимаю, что разлука — это иллюзия. Моя жизнь простирается гораздо дальше физического тела.
Я без тебя не живу, а перевожу кислород.
Если нет никакой возможности нам быть вместе, зачем Бог познакомил нас?
С одной стороны, мне хочется забыть… Но с другой, я знаю, что только она во всей Вселенной может сделать меня счастливым… Знаешь, я прокручиваю все в голове снова и снова, пытаясь вспомнить, когда все начало рушиться….
Две недели, вот и все, что у нас было. Две недели, чтобы влюбиться в тебя по уши. А теперь мы расстаемся на год, но что нам год разлуки, если у нас были эти две недели.
«Лес молчал… Лишь чуть-чуть играли золотые листья березы, купаясь в блестках солнца… Ах, желтый лес, желтый лес… Вот вам и кусочек счастья. Вот вам и место для раздумий. В осеннем солнечном лесу человек становится чище» — да, почаще бы всем нам в этот желтый лес.
Люди уничтожили свою природу, теперь они хотят уничтожить Вашу!