— Я обожаю природу.
— И это после того, что она с тобой сделала?
Теперь цветочки будут расти… быстрее…
Во времена, когда на вершине Эвереста в один день могут оказаться 30 человек, Антарктида все еще остается пустынным, далеким и необитаемым континентом. Это место, где можно узреть необъятность и великолепие мира природы в самых волнующих проявлениях, более того, стать свидетелем этих проявлений практически в том же виде, в каком они существовали задолго, задолго до появления на этой планете людей. И пусть это так и останется.
Вот приехал сюда я в этом году —
белы летние облака.
А когда приезжал в минувшем году,
был багряным осенний лес.
Оба раза в Локоу при виде гор
испытал я глубокий стыд:
Для одних государевых срочных дел
эти горы я посетил.
— Как настроение?
— В поход хочется…
— На что жалуетесь?
— Что долго в походе не был…
— И давно это у вас?
— Да вот как из последнего похода вернулся, так и началось…
— Ясно, значит хроническая походная недостаточность. Просто приложите рюкзак к спине и двигайтесь в сторону ближайшей горы.
— И что, я вылечусь?
— Это вряд ли. Зато самочувствие у вас будет отличное.
Гребень заволокло туманом, и в его разрывах виднелся темнеющий перед наступлением ночи Тибет, где еще сверкали ярко освещенные вершины. Казалось, что я единственный человек на земле.
На фоне рассветной поры
Сверкающей, искренней, ранней
Серебряный панцирь горы…
Коралио нежился в полуденном зное, как томная красавица в сурово хранимом гареме. Город лежал у самого моря на полоске наносной земли. Позади, как бы даже нависая над ним, вставала — стена Кордильер. Впереди расстилалось море, улыбающийся тюремщик, еще более неподкупный, чем хмурые горы.
Горы зовут тех, чья душа им по росту.
Землею, что славна в веках красотой,
не волен владеть никто.
А горным просторам хозяева все,
кто любит бродить в горах.