— Что ты собираешься делать, если Альфа не появится?
— Я не знаю.
— А если появится?
— Я не знаю.
— Хороший план.
— А что если он вернётся?
— Тогда мы убежим отсюда.
— А если он нас поймает?
— У меня есть план.
— Какой?
— Ты бежишь в одну сторону, я — в другую. Кого он схватит, тому будет плохо.
— Мне такой план не по душе.
— Так ты укусил его.
— Ага.
— И похитил.
— Да.
— А затем приволок его сюда.
— Я запаниковал!
— Да, это же не закончится тем, что мы будем хоронить его по частям где-нибудь в пустыне, правда? И позволь напомнить, что именно поэтому я всегда предлагаю планы. Твои планы фиговые.
— Я знаю.
Ну же, Скотт, во мне 147 фунтов хрупких костей, обтянутых белой кожей. Сарказм — моя единственная защита!
— Ты в порядке?
— Ну, не считая мучительной боли…
— Думаю, возможность использовать сарказм — это хороший признак здоровья.
— Это у всех есть, но никто не может потерять. Что это?
— Я не знаю!… Тень.
Слушай, я помню кое-что. В начале года Стайлз пытался найти, где вы будете жить после выпускного. Он сказал, что вы будете снимать квартиру вместе. И я помню, что сказала кое-что Стайлзу. Что-то типа «жить со своими друзьями – это не всегда хорошая идея. Даже со своим лучшим другом». Но Стайлз сказал, что это не важно, потому что вы не просто друзья. Вы с ним, скорее, братья.
— Я смотрел на неё и чувствовал, будто мне в бок кувалдой ударили.
— Да, это называется разбитым сердцем. Об этом поётся в паре миллиардов песен.
— Ты спрятал их в книге? Ты не мог найти что-то более надёжное?
— Сколько ты знаешь школьников, которые открыли бы книгу по собственному желанию?
— У тебя есть сотня баксов?
— Я вожу Порше. Как ты думаешь?
— Я думаю, что у твоих родителей есть сотня баксов.