— Думаешь, я определяю себя по брату?
— Я знаю по опыту, что он отбрасывает здоровенную тень.
— Единственная константа во вселенной, то что Люцифер любимчик. Что бы я не делал, как бы я не старался, как бы он не лажал. Ни черта не изменится.
— Я думаю о брате…
— Твоего брата уже нет. Люди смертны, этого изменить нельзя.
— Твой брат?
— Э-э-э… Вообще-то он не родной, а… Дело в том, что это сын моей матери. И… у нас один отец…
— Ты, что же, готов пожертвовать собой, да?
— Да. Да, чёрт возьми.
— Этого не будет, пока я рядом.
— Господи, что ты городишь, Дин! Мы ищем эту тварь всю жизнь, нас больше ничего не волновало.
— Сэм, я хочу убить его, клянусь, слышишь? Но не умереть при этом!
— Что?
— Ты слышал! Если смерть демона означает твою гибель, надеюсь мы не найдём его никогда!
— Я боюсь, что однажды нам придётся выбирать между твоим братом и богами.
— Для меня такого выбора никогда не будет.
Удача проснется — увидишь, что чужие стали родственниками и братьями. Но если удача заснет, родственники и братья станут чужими.
— Мармион мой брат, если он попросит, я пойду за ним хоть в ад.
— Вам и так гореть за это в аду.
— Я уже бывал там, миледи, больше он меня не пугает.
Wherever you hear — the wind in the canyon,
Wherever you see — the buffalo run,
Wherever you go — I ‘ll be there beside you,
Cuz you are my brother — my brother under the sun…
Где бы ты ни слышал ветер в каньоне,
Где бы ты ни видел, как бежит бизон,
Куда бы ты ни пошел – я буду всегда около тебя,
Потому что ты мой брат, мой брат под солнцем…
Мы обречены ненавидеть друг друга, несмотря на то, что мы — братья.
— Сынок, у нас с мамой для тебя подарок! Весной у тебя будет братик!!!
— Опять этого мудака из тюрьмы выпускают…