Виды были хороши, но никто не делал снимков – все знали по опыту, что прозрачная даль съежится на экране до бессмысленной синей полоски.
Никогда в горах я не ощущал ароматы с такой остротой. Может быть, мое обоняние обострено? Или эти запахи сильнее воспринимаются, потому что высокогорный мир не имеет собственных запахов?
Во времена, когда на вершине Эвереста в один день могут оказаться 30 человек, Антарктида все еще остается пустынным, далеким и необитаемым континентом. Это место, где можно узреть необъятность и великолепие мира природы в самых волнующих проявлениях, более того, стать свидетелем этих проявлений практически в том же виде, в каком они существовали задолго, задолго до появления на этой планете людей. И пусть это так и останется.
Вот приехал сюда я в этом году —
белы летние облака.
А когда приезжал в минувшем году,
был багряным осенний лес.
Оба раза в Локоу при виде гор
испытал я глубокий стыд:
Для одних государевых срочных дел
эти горы я посетил.
— Как настроение?
— В поход хочется…
— На что жалуетесь?
— Что долго в походе не был…
— И давно это у вас?
— Да вот как из последнего похода вернулся, так и началось…
— Ясно, значит хроническая походная недостаточность. Просто приложите рюкзак к спине и двигайтесь в сторону ближайшей горы.
— И что, я вылечусь?
— Это вряд ли. Зато самочувствие у вас будет отличное.
Это разве город? Это какие-то горы и пригорки!
Гребень заволокло туманом, и в его разрывах виднелся темнеющий перед наступлением ночи Тибет, где еще сверкали ярко освещенные вершины. Казалось, что я единственный человек на земле.
Я хожу в горы, чтобы обрести свободу.
Это быль, уже не быль, а небыль.
Вдоль ущелья только пыль до неба.
Там где за день двух людей не встретил,
От людей и лошадей — ужасный ветер.
Сорок конных, безобразных — ураган,
Впереди их одноглазый атаман.
Горы — это не то место, где ты можешь доверить свою жизнь другим! Это место, где ты можешь её лишиться! Ты должен быть готов умереть здесь, как только станешь обузой!