Те, кому чуждо угрызение совести, могут жить в своё удовольствие.
Уметь выносить одиночество и получать от него удовольствие — великий дар.
Если не останется никаких удовольствий, я просто выйду замуж.
— Вот в Берлине, на самой высокой уцелевшей стене, я с огромной любовью напишу: «Развалинами Рейхстага удовлетворён». И можно ехать домой сады опрыскивать.
— Командир, когда вы будете в Берлине автографы оставлять, я вас очень прошу, посмотрите повнимательнее. Там уже будут наши подписи… первой эскадрильи.
— Да какая разница, браток: наши, ваши…
— И вообще там первым распишется рядовой пехотный Ваня. Да и по праву.
Делать то, что доставляет удовольствие, — значит быть свободным.
Мы стремимся в большей степени к тому, чтобы отвести от себя страдания, нежели к тому, чтобы получить удовольствие.
Здесь две возможные развязки. Всё закончится, и кто-то будет страдать или всё не закончится, и кто-то будет страдать. Значит конец — это всегда плохо, а вот начало — далеко не всегда! Всё рано или поздно кончается, жизнь кончается, но это не значит, что от неё нельзя получать удовольствие.
Это все равно, что получить букет сорванных цветов и лишиться удовольствия собирать их самому.
Когда шанс выпадает — надо его хватать. А когда ухватил, добился успеха — насладись. Ощути радость. И пусть вокруг все сосут у тебя шланг за то, что были козлами, когда не давали за тебя и гроша. А дальше — уйди. Красиво. И всех оставить в шоке.
Считается, что жить ради собственного удовольствия — «плохо». Родители, словно бы задавшись целью воспитать для себя более-менее сносный обслуживающий персонал, внушают маленьким человечкам, что следует посвятить свое существование другим высокоразвитым белковым организмам, каковые не способны порадовать себя самостоятельно (поскольку, ясное дело, тоже поглощены чужими заботами). Общеизвестно ведь, что заниматься чужими делами много проще, чем собственными, поэтому все, включённые в порочный круг неустанной озабоченности друг другом, вполне довольны и менять тут ничего не собираются.
Ну и ладно.
И все же, все же…
Есть дни, приближающие нас к смерти, и есть просто дни жизни — те, что были прожиты исключительно ради собственного удовольствия, а значит — вне времени.
Первых, как водится, много (почти все), вторые… ну случаются порой.
Дурацкая и нелепая пропорция, да?