Без меры. Без начала. Без конца,
Великолепно в гневе и в покое.
Ты в урагане — зеркало творца,
В полярных льдах и в синем, южном зное
Всегда неповторимое, живое.
Твоим созданиям имя — легион,
С тобой возникло житие земное,
Лик вечности, невидимого трон,
Над всем ты царствуешь, само себе закон.
Воду пей, как бык, а вино – как король.
В пиве никто не тонет, тонут всегда в воде.
Реки, моря, проливы — сколько от них вреда!
Даже в самой прозрачной воде можно утонуть, если она глубока.
— Папа, отчего у озера так грустно жить?
— Наверное, потому, что озеро — замкнутый круг.
Вода слышит и понимает. Лёд не прощает.
Во мне живут рыбы. Они смотрят из меня в окно мира своими пустыми глазами, поблескивая холодной чешуей в свете случайных звезд. Они молча умирают в нагревающейся смеси души и так же молча рождаются вновь. Пугливые мальки сомнений, хищная змеевидная любовь, наэлектризованная страстями, прожорливые акулы ярости и разноцветные ядовитые рыбки улыбок. Они размножаются, пожирают друг друга, прячутся от суеты под камнями памяти и перебирая прозрачными плавниками меня изнутри, молча плывут в неизбежность. Во мне живут рыбы. А я курю и смотрю, как в мое окно льется небо. Я смотрю в него пустыми глазами рыбы, я перебираю его прозрачными пальцами, я вдыхаю воду, я плыву в…
На миру, на юру
Неприютно мне и одиноко.
Мне б забиться в нору,
Затаиться далеко-далеко.
Чтоб никто, никогда,
Ни за что, никуда, ниоткуда.
Лишь корма и вода.
И созвездий полночное чудо.
Только плеск за бортом —
Равнозвучное напоминанье
Все о том да о том,
Что забрезжило в юности ранней,
А потом за бортом
Потерялось в ненастном тумане.
Вода — как фокусник. Распиливает тебя на половинки. Получается, что ты теперь состоишь из двух частей, и нижняя тает, расплывается, как сахар. Прохладная вода, и время от времени — волна, что очень изящно запинается и падает, в кружевных завитушках пены.
Я абсолютно несчастен вне воды. Это все равно что побывать на небесах, а потом быть изгнанным на землю.