— Передай моему отцу, там где нет места для Тауриэль, нет места и для меня.
— Леголас, это приказ твоего короля.
— Он — мой король. Но он не распоряжается моим сердцем.
В сердце запечатлей!
Там, где возле плетня
Слива благоухает,
Случайный прохожий шел,
Но замер и он, покоренный.
Тот, кто просит прощения не становится ни большим, ни маленьким. А тот, кто прощает — у того большое сердце.
Знаки, знаки… Подлинные знаки — вот чего мы напрочь не умеем воспринимать. Казалось бы, все уже яснее ясного и сердце знает: подан знак, ан нет! Не верит, соглашаться не хочет, сопротивляется. Что же мы так толстокожи-то, а?
In faith, I do not love thee with mine eyes,
For they in thee a thousand errors note;
But ’tis my heart that loves what they despise,
Who in despite of view is pleased to dote.
Мои глаза в тебя не влюблены
Твои пороки они видят ясно
Но сердце ни одной твоей вины
Не видит. И с глазами не согласно.
В ушах стоял шум, как от крыльев мечущейся в панике птицы. Возможно, это билось мое сердце, я не знаю. Но если вам доводилось видеть птицу, залетевшую в храм и пытающуюся найти выход, то вы можете себе представить овладевшие мною чувства.
Shadows fill an empty heart
As love is fading.
Тени заполняют пустое сердце,
По мере того, как любовь исчезает.
Весной сердце ошибается, а осенью подводит итоги.
Осень — это пора, когда одинокие люди согревают замёрзшие сердца дымом сигарет.
Зима превращает падающую с неба воду и сердца людей в камень.